На главную

Статьи
Библиотека знатока
  • Энциклопедия книг

  • Энциклопедия необходимых книг (в кратком изложении)

    А·Б·В·Г·Д·Е·Ё·Ж·З·И·К·Л·М·Н·О·П·Р·С·Т·У·Ф·Х·Ц·Ч·Ш·Щ·Ы·Э·Ю·Я



    ПУШКИН, Александр Сергеевич 1799 - 1837

    Выдающийся рус. поэт и прозаик, основоположник и классик совр. рус. лит-ры; в многообразном тв-ве П. можно отыскать истоки едва ли не всех последующих лит. разновидностей и направлений. Род. в Москве, после окончания Царскосельского лицея поступил на службу в Коллегию иностр. дел; рано начал писать (печатался с 1814 г.). За ряд своих стих. и эпиграмм отправился в ссылку на юг Украины, совершил путешествия на Кавказ и в Крым, после чего жил в родовом имении Михайловское (Псковской губ.). Был близок к декабристам и после восстания 1825 г. находился под негласным надзором полиции. С 1826 г. жил в Москве, впоследствии переехал в СПБ, где в 1834 г. получил придворное звание камер-юнкера; убит на дуэли. Первый професс. литератор России, П. прославился и как изд.: с 1835 г. изд. и ред. журн. "Современник".

    В произв. П. можно найти разл. подходы в использовании фантаст. приема. В своих обработках нар. сказок П. поднимает фольклорные мотивы до высоких худож. обобщений (не случайно мн. его сказочные образы стали нарицательными). Более сложны связи с нар. тв-вом в поэме "Руслан и Людмила" (1820), казалось бы, тоже целиком основанной на фольклоре; однако иронический, а зачастую откровенно пародийный подтекст выводит поэму за фольклорные рамки, и "автономные" авторские намерения очевидны (в данном случае они имеют лит.-полемический характер: автор выступает против как классицизма, так и манерной чувствительности сентименталистов и нарочитой "затуманенности" романтиков). Сверхъестественное присутствует и в "Пиковой даме" (1834), герой к-рой готов к союзу с потусторонними силами, и в неоконченной драме "Русалка". Однако в поэме "Медный всадник" (фрагм. 1834; доп. 1837 - с испр. В.А.Жуковского), одной из вершин тв-ва П., поэт отказывается от фольклорных реминисценций. Образ ожившего памятника Петру I, преследующего героя по петерб. улицам (см. Города), представляет собой не столько видение помутненного сознания, сколько легко читаемый символ гос. власти, для к-рой приоритетны "высшие интересы" (ради их утверждения она может, не заметив, раздавить тяжелым копытом человека-букашку). Исследователи обращали гл. внимание на соц.-классовый смысл антагонизма - державный властелин и опустившийся мелкопоместный дворянин с его обреченным и вовсе негероическим бунтом; однако можно спорить с категорическим мнением В.Г.Белинского, утверждавшего, что при заметном сочувствии герою поэмы ее пафос все же в "торжестве общего над частным" (ведь прославлением личности, "града" и деяний Петра П. начинает, а не увенчивает свою поэму).

    © "СОВА". Все права защищены. Использование материалов только с ссылкой на сайт!